Она как бы есть…

Ну, началось…

Мама сначала объявила забастовку (выключила пылесос и стиральную машину), а потом объявила голодовку. Правда, не для себя, а для нас. Отказалась нас кормить.

Мы голодали очень долго. Наверное, целый час. А потом мама нашу голодовку не выдержала и пошла на кухню. Погремела там сковородками, пошвыряла кастрюли и позвала нас суровым голосом:

– Идите ужинать. Ненасытные!

Мы робко, во главе с папой, просочились на кухню и скромно уселись за стол, все из себя виноватые. В общем-то, без вины.

– Отец! - мама грохнула на стол сковородку с котлетами. - У нас есть дача? Или ее у нас нет? Убери газету, ты не на работе!

– Дача? - задумался папа, с интересом поглядывая на сковороду. И туманно пояснил: - Она как бы есть. И ее как бы нету.

– Вот именно! У всех людей есть дача…

– Как бы, - вставил Алешка.

– Это у нас - как бы! - вспыхнула мама. - Сколько лет вы ее уже строите? Сколько там берез выросло вместо смородины и апельсинов? - Мы сложили руки перед собой, как примерные первоклашки, и стали слушать - интересно ведь. - Я для вас все делаю!

– Стираю посуду, - серьезно подсказал Алешка. - Пылесосю белье.

– Да! Вот именно! - Мама, похоже, в своем горячем пылу его не расслышала. - Бегаю по кухне. Не вылезаю из магазинов! А вы мне за это хоть раз построили дачу?

– Хорошо, - подозрительно легко согласился папа. - Можно сначала покушать? А то на голодный желудок дачу не построишь. Ни разу.

– Ага, - поддержал его Алешка. - Сейчас поедим и построим дачу. Два раза. И апельсины посадим. Вместо смородины.

Мама успокоилась и включила стиральную машину. А потом и пылесос.

Словом, папа решил так. Пока им с мамой не дадут отпуск, мы с Алешкой будем жить на нашей даче, которая как бы есть. И сторожить стройматериалы, которые папа будет привозить время от времени. А как только нагрянет их отпуск - ну, тут сразу начнется строительство… апельсинов, как сказал Алешка.